Куст скрипит как кровать, словно кто-то внутри засыпает,
посредине всклокоченых северным ветром ветвей.
Даже осень вокруг - некрасивая баба рябая,
что глядит исподлобья, подловлена на воровстве.
Всё такое вокзальное , будто в буфете попойка,
где коньяк не берёт, и уже запирают буфет.
Ты ни пьян и ни сыт заползаешь на верхнюю полку,
чтоб глазеть как в проходе моргает придушеный свет...
Куст скрипит догорая, и сыпятся мёртвые осы
или мелкие листья , газоны покрыв чешуёй.
Может вновь народиться мечтают ударившись оземь,
как сражённые рыцари цепко целуют её.
До зимы далеко, и в наставшей вокзальной, вагонной,
в этой хмури как будто при жмуре стоять постовым,
да смотреть как листва покрывает садовые шконки,
и танцует Рябая сняв шляпку с седой головы.
