/ИРАНО-ИРАКСКАЯ ВОЙНА. СТО ЛЕТ НА ЭТОЙ ВОЙНЕ, И КОНЦА НЕ ВИДНО./
Позиции. День, как молитва, и ночь, как короткий нож
Пять сигарет на взвод, а когда кончается дождь
Мы роем и роем траншеи, длинные, словно ложь
Даже если бы было куда идти, все равно никуда не уйдешь.
Нам выдают по сто граммов протухшего коньяка -
Перед самой атакой, чтоб крепче была рука
А в генеральской палатке "Шабо" и "Медок Мутон"
"Лафит" и "Амонтильядо" - которые пьет только он.
Нас заставляют атаковать, чтобы прославить Их
Но наши пули еще никогда не были лучше чужих
И иногда уже кажется, что нам не победить
Так странно видеть глаза человека, который хочет тебя убить
Так странно - стрелять в человека, целящего в тебя
Но, если ты не обманешь его, значит, он обхитрит тебя
А генерал уверен в победе, и его красный нос дрожит
Когда он пистолет наводит на тех, кто назад бежит
И пока мы гнили в окопах, и когда мы ходили в бой -
Они в это время плевали на государственный строй
И с высоты наблюдали кривую полета слюны
И всерьез утверждали, что это для блага страны.
Но как-то нам снова дали команду, и мы вновь поплелись вперед
И в окопах противника обнаружили лишь окаменевший помет
Так вот досталась победа, на удивленье легка
Можно с честью носить награды, и можно валять дурака
И тот, кто нас столько мучил, свое уже получил -
В разгаре атаки я, обернувшись, ему пулю в череп влепил.
Конечно, нам скажет спасибо засранная страна -
Павших забвеньем укроет, уцелевшим раздаст ордена.
И казалось бы, мирное время, и никто не зовет нас в бой
Но только откуда этот развал, разгул, разброд и разбой?
Нет врагов ни внутри, ни вне, а я не могу понять:
Что же делать, куда идти, кого еще убивать?
