K.R.
…шоколадный комок не растает в твоей ладони,
от того, что озябла она, затекла, остыла;
исполинский цветок с лилипутом растет в картоне
на стене мастерской. чьи-то музы заходят с тыла.
ты возьмешь табурет, не дождавшись, что пододвинут
и попросишь стакан – и утопишь слезинку в чае
и прошепчешь ему, что скорее за половину
уже все решено. что не справилась. что скучаешь.
…звуки точно спеклись.
неопрятная облачность – низко,
(так, рисуя ее, карандаш уступает чуду).
тишина может выть и крошить лабрадор обелиска,
может просто убить… но об этом, прости – не буду.
…посмотри на него, чья кормушка для птах нездешних
на осколе стекла опустеет с твоим уходом,
на него, чей безгрешный посыл для счастливых грешных
станет желтым вином с непотребным к застолью годом.
оглянись на него, хоть бы нЕ хотя (не лениво
разве – с болью, так то ж – не в письме помарка)
твой уход – это пеплом ставшая кровь – его плоть – огниво
его мир без тебя – Карфаген, после встречи с Марком.
…что же медлишь? теперь, как все сказано и излито,
здесь опасно одной – то ли демоны мчат на вече,
то ли воздух обрел диалект и огнем Гераклита
старый аэропорт зажигает в ночи фонари как свечи…
…если ты убежишь, улетишь, уплывешь как в песне –
стрелка встанет в часах, стрелка тонкая на шарнире.
…если ты замолчишь – это дань онемевшей бездне
и исчезнешь когда, красоту расточая в мире,
но его силуэт у плетеной ограды сада
не привел ни к чему, кроме радости – был ли? Нет ли?..
ни твоя правота, ни блуждающая досада
ничего не замкнут. Разве – заново скрутят петлю.
…посмотри на него, на бумагу, экран, на знаки
препинания за «никогда» и-«или»…
…Посмотри,
купидон, что твой Раптор, готов к атаке!
защищайся от мест, где вы были, любили, жили…
