Боже, как же ты меня душишь невозможностью говорить...
Когда больше не пьешь и бросаешь курить
мир сужается словно под ярким светом зрачки,
телефонную трубку берешь и боишься, гудки
прерывают поток мыслей: "кому звонить?"
Опускаешь обратно трубку, опускаешь руки, сам
опускаешься вниз.
Что-то в горле застряло, но на другом языке.
Не забыть и не выдавить. Ты - одинокий турист на маяке
молча бешеным взглядом обведешь наступившую ночь.
И никто не поможет, если сам ты себе не в силах помочь.
Облизнув, нет, проведя языком нервно по облупившейся нижней губе,
зацепившись за то самое слово, почти вышедшее извне,
понимаешь, что все же не сможешь его произнести
и молчишь,
хотя знаешь, что там, где-то так отчаянно глубоко, ты громко кричишь.
Вспоминаешь свое отраженье в его полуприкрытых глазах,
да, в тот момент ты впервые увидела собственный страх.
Он глядел на тебя ярким взором, зеленым, нахальным, острым
Он уже успел полюбить твою завтрашнюю боль
Оскалившись, ждал
Невозможным
казалось остановиться, сказать себе хватит, оторвать от себя это тепло,
эти руки, сжимающие в объятьях так нежно, так горячо.
"if we lived in the same country i'm sure it would be great to be with you"
Наконец, собирая последние силы, отвечаешь: "me too"
