Женщины и сердце

«Ххей, женщины вымирают!»– сказал мне снег и превратился в снегиря. Слова упали гирей. Прямо на сердце, а сердце – это мышца. Но снегирь не учел, что гири только растят сердце-бицепс. Глупыш, просчитался. Да и вообще, какое такое сердце? Ногтем поддеваю грудную клетку. Копаюсь. Мусору-то, мусору! Фантики отгудевших праздников. Использованные презервативы – невкусные попытки безопасно любить. Фотографии со стершимися лицами. Вот оно – сердце. Мандарин. Терпеть не могу мандарины: мне их всегда мало. Надо бы съесть, пока не испортился. Мандариновая кровь капает с подбородка, растекается золотистой лужицей под ногами. Так тебе и надо, кислятина. На запах прилетела оса – крупная, зимняя, черно-багровая. Нахлебалась сердечного сока. Пьяно расползлись лапы, оса беспокойно уснула в луже, прожужжав мне на прощание: «Один ты никто». Наутро оса останется жить в кубике оранжевого льда. И я уберу его туда, где раньше было сердце.