Сан-Саныч! Подналей ка кипяточку!
И баек потрави былую грань.
Без запятых и пресловутых точек,
Про белокурую Уралочку слобань.
Сан-Саныч наливает подбоченясь.
В чай добавляет сладкий мед.
Закуривает, и не ерепенясь,
Заводит. Словно за душу берет.
Она с Урала, красотою,
Ей не было с Урала краше бабы!
С волнистой, белокурою косою.
И стан куда не глянь совсем не слабый.
Ей, поутру, рассвет сам любовался.
Луна ей ночью песни запевала.
И ветер очумело затихал,
Когда на мягки травушки ступала.
Ей всякий любовался в меру сил:
Возвышенной, небесною красою.
И каждый до небес превозносил,
Мечтая быть лишь с ней одною.
Была она доверчива, добра,
Ведь выросла в глуши лесов и гор.
Анютой ее мама назвала,
Лишь обратив на дочку свою взор.
Но вот однажды, вдруг, Анюту увидал,
Красавец статный и великий искуситель.
Словами сладкими ее околдовал:
"Красавица! Пусти в свою обитель."
Дуреха, девочка - Уралочка вняла.
Словам поверив и открыв для гостя двери.
И сердцем и душою приняла,
Словам любви, пустым, его поверив...
Доверилась в глуши лесов и скал.
Согрела сердцем, телом и душою.
А наш красавец, взял и ускакал,
Оставив нашу Анечку с тоскою.
Но тосковать Анюте не с руки.
Анюта с горем к ветру помолилась.
И ветер внял, словам ее тоски.
И белым лебедем Анюта обратилась.
И полетела за возлюбленным, что сил.
Попутным ветром, вдаль к любимому помчалась.
Ее любимый на охоту колесил,
И лебедь белая ему, вдруг, повстречалась.
Мгновение, и лук в его руках...
Еще мгновение, и вот стрела сорвалась...
На встречу лебедю
взметнула в облаках,
И сердце у Анюты разорвалось...
И с изумленным криком из небес,
С пробитым сердцем, Анечка сорвалась.
Разбилась - образ лебедя исчез.
Перед красавцем вновь девица оказалась.
И на последнем издыханьи сил,
Тянула белы рученьки к зазнобе.
А взгляд ее печаль одну таил,
В мучительной агонии, ознобе...
А "рыцарь" наш стоял остолбенев.
Он подойти к Анюте испугался.
В предсмертный миг, Анюту так и не согрев,
Испуганно, как заяц, к скалам жался.
И до конца своих недолгих дней,
Он видел тот, предсмертный взгляд Анюты.
И на могилу приходил он к ней,
И с ужасом, взирал на божье чудо.
На той могиле по весне цветут цветы.
Трехцветный взор, той девушки из сказки.
В напоминание любви и красоты,
Народ прозвал их так - Анюты глазки.
Анютины глазки - так ветер вешал.
И люди с той поры всегда вешали.
Трехцветный цветок, словно символом стал:
Надежды, удивленья и печали...
Сан-Саныч! Подналей ка кипяточку!
И баек потрави былую грань.
Без запятых и пресловутых точек,
Про белокурую Уралочку слобань.
