Ибо вечность -богам,
Бренность - удел быков
Богово станет нам
Сумерками богов
иногда
они делают это в ванной запираются не всегда – дразнят соседей стуком
колен об кафель,раскатом рухнувших вместе с крючками полотенец вафель-
ных, поднятым в потолок терпким паром и приоткрытой для неприличия дверью
она прячет глаза а иногда, не в силах уже оторваться от полу-ночной кожи
от звериных рельефов от красоты корней - она ступает все глубже в лес
она забывает подняться с колен замирает зрачками кусает сведенным в сверло взглядом
и впрочем он делает это тоже
иногда
они обнажаются наспех кричат друг на друга срамные сквозные смеются
играют в молчание на раздевание скользкие бедра кладут на кон
почему то всегда побеждает он возможно на нем
просто меньше одежды он давно уже голый для всех а она
одета для каждого. если он говорит и ответом ей удается вытолкнуть пару строк то это
совсем не ее слова - они ничего не значат сбиваются напрочь
его дыханием, как осознание медным тяжелым кастетом в висок и
теряя себя в траектории `навзничь` она успевает
краешком глаза отметить как катится ее голова шариком ртутным по кровостоку
иногда
она сужается в самый тонкий подземный звук невесомой гортани и тянется по диа-
гонали перерезая узлы его плоскостей пробирается под спирали и тогда
он останавливается, наблюдает - изо всех сил своей черствости... не получается
- тянутся пальцы к струнным нервам/раз два три музыка туш/они снова бегут в душ
наперегонки и соседи гадают по торопливым шагам как по бобам делают ставки – кто первый?
иногда
она натыкается языком на самые уязвимые самые бере.женые точки
а впрочем, барабаны натянуты и пот едкий капает на распятую по хрящам
и сочленениям кожу и снова все глохнут, от необъяснимого звука дохнут комары по щелям.
как будто бы шли ночью в темноте полной а тут.../раз два три/и прожектор
наотмашь сечет по ногам толкает в яму они все падают они все теряют молчат
и в выдохе безголосом в выдохе сжатом зубами вбиваются друг в друга как камни
в землю. лишь барабаны стучат...
иногда
она растворяется в мягкости его строгих полос льется по ним как пот по каналам
из тела в тело не понимая в чем дело но нитка за ниткой волос на волос
и замирает в контрастах она влюблена а он и не думал еще об этом он просто
нежится иногда под ее светом как кошка на полочке подоконной она
считает его тьмой бездонной любуется а он ее совсем не считает сбился со счета
спутал все имена бросил рукой отчаянный жест и не оглядываясь кинул свой тела крест
на ее тела крест отдался бесчисленным ловким рукам
хоровода богинь что с собой принесла она с ловкостью веретена свела его нити в руно
растянула на частоколе под солнечными лучами сонно поддавшись плечами теплым рукам
увела его снова в храм навеса под которым сидят и гладят друг друга глазами
вплетая в струящуюся косицу ресниц искрящийся взгляд единого бога с ногами
противоположенными совершенно по направленью стопы
гладят друг друга глазами
два ангела с перебитым дыханием
два демона с нимбами над головами
два утомленных дракона сидят и
гладят друг друга глазами
на краешке пустоты
