В конурах, где голый священник
Принимает внутривенно свиное причастие
Осанна
Крики расчленённых девственниц,
Зашедшихся в паучьем диком хохоте.
Токсичный смерч бесполого врача-убийцы
Сомнёт раскаяние двуногих неофитов
Осанна
Прогоркший плебс исторгнул хрюканье,
Уткнувшись рылом в обрубки времени.
Христосий выводок, сернисто вспыхнувший,
Пылает пеплом перевёрнутой молитвы
Осанна
Семя в кровоточащем экстазе
Расплавит колокол холодным ядом бритвы.
