Сереже Николаеву
Каждый день она у подъезда
Цепким взглядом окидывает прохожих.
Она так гуляет – как часовой на посту –
У одного и того же места.
Я все пытаюсь вспомнить, на кого же она похожа.
Когда-то и она была счастлива,
Собирала подруг, пела песню про тоненькую рябину.
Но мир изменился; муж слег с инсультом,
Год пролежал, и, царство ему…
Из-за квартиры она теперь на ножах с собственным сыном.
Она тут живет – и больше уже никуда не уедет,
До того момента, как вынесут отсюда вперед ногами.
Сын – ее враг. Другие враги – прохожие, в том числе и соседи
(кто знает, что у кого на уме), и остаются врагами.
Кабы не сын, она и сама бы уже слегла;
Галка и Таня умерли, остальные не навещают, уроды…
Но кажется, что она нерушима, как стоящая под ветром скала,
Хотя и из скал ветер вымывает породу.
Почему-то спокойнее, когда я вижу ее, спеша от дома к работе,
Неважно, снег на улице, или распускающиеся листочки.
Если успею, я спрошу ее «Бабушка, как вы живете?»
Она поднимет брови: «Да вроде неплохо, дочка».
