По мотивам притчи братьев Гримм; о судьбе стариков, сгоревших в Коми - укор не управлению, а ДЕТЯМ...
Как и по другим мотивам, отнюдь не личного характера.
Предав закон седых тысячелетий,
Святой идеей про'жил прошлый век...
А вас? Как вас укрыть от тяжкой плети,
Коль лишь гарсон вам нынче - "человек"?
Дети мои...
Не слышат криков, мольбы о помощи,
Закрыли двери.
Мы для них - видения полночи,
Усталые звери.
Дети мои, мои вехи потери...
Не слышат криков? - Да слышат!
Кричащему место - на коврике у двери,
Или на крыше.
Силы наши на них растрачены? -
Нас не просили.
Где миллионы, им предназначенные?
Не раздобыли?
Наши мечты, идеалы, желания
Им смешны.
Им неприятны воспоминания
Старой войны...
Полковнику никто не...
- Да пишет!
Много - и ни о чём.
Наших ответов будто не слышат -
Не при чём.
Наше бросают, крушат, сжигают -
Всё старьё!
В новом нас вовсе не замечают -
Мы - быльё...
Были - и сплыли из нового века,
Новой волны.
Наши искания Человека
Им не нужны...
Из разрушения не построить -
Как нам не знать?
Только кричать, наверно, не стоит -
Просто ждать.
Мы - привидения, в цепи закованы
Старых потерь.
Дети! Безрадостные оковы те
Не сдержат дверь.
То, что мотивы гнилью порочны те -
Протает вдруг...
Вы ж не хотите есть из коробочки,
Что строгает внук?!
