Сегодня солнце поспело вишней в колючем небе.
Я шел сегодня, продрогшей ряби сбывая тень,
по камню набережной. Я думал, меня отцепит
глоток весны, как с березы - траченную мишень.
Сегодня юная Персефона сказала смерти,
что та - лишь вымысел, заблуждение темных масс.
Я шел по краю. Сетчатка жадно глотала ветер,
невольно скалясь, косой слезой холодя анфас.
Сегодня тронулся лед, и я вместе с ним - туда же.
За грань, за линию, за буйки, за колючий свод,
за лязг молчания, за пронзительность телебашен,
за речи собственной неустойчивый оборот.
