Сгустилась синева, и крики птичьи
Лучами пронизали синеву.
А знаешь, в человеческом обличье
Я на Земле в последний раз живу.
В попытке все разрозненные звенья
Недавнего величия сомкнуть,
Застыну белым деревцем забвенья,
На чёрных прутьях убаюкав суть
Зимою дни безсмысленней и проще,
И потому в один из зимних дней
Я выхожу в берёзовую рощу,
Уже как будто привыкаю к ней...
Всё то, что ИХ тревожить перестало,
Хранит лесное озеро на дне.
Пустые ветки шепчутся устало
И вот уже как будто обо мне.
О том, что здесь я больше не царица,
Остынет прежней грусти уголёк
И всё-таки приходится смириться,
Ведь мой черёд уже не так далёк.
Когда, поняв что жизнь промчалась мимо,
Безсмертия порог перешагну.
Вот отчего до слёз невыносимо
Берёзовую слышать тишину.
