а потом
рисовал огни на моих подковах
пленил желаньями последних истин
мне показалось все очень не ново,
но я позволила таять жизни.
и небосвод сокращался пульсом
под кожей вспыхивали гранаты, -
никто не хотел казаться лучше
под действием свежее испитых блатов.
одну на двоих ночь распили,
спускаясь с морально-согнутой вони.
я поняла, что мы жизнь пропустили,
а он говорил, что мы просто боги.
и, если кто-нибудь видел небо,
то больше смерти ему не хватит
попасть туда, где мы продали вето
за то, чтоб вернутся сюда не кстати.
10.03.09
