На полустанке лет могу глаза смежить
и разглядеть черты небесных городов.
Тому, кто опоздал, уж незачем спешить,
и до земных столиц не будет поездов.
На полустанке лет до неба тишина.
Все, кто умеет жить, уехали давно,
и разделила мир незримая стена,
и будет век пустым стальное полотно.
И обступает грусть меня со всех сторон.
Я заперт. Не закрыли только высоту -
мне лишь туда осталось, жить приговорён,
поверх всего невольно с временем пойду.
И стану временем, чей неуклонен ход
сквозь морок выгоды и расторопность дел,
и не замечу сам, как в старость занесёт
и как на поезд вечности успел.
