Он может улыбаться и смеяться,
Но плакать... плакать больше он не может.
Николай Гумилев
Постойте...кажется я Вас, я Вас не до конца проговорила
...Вы грезились мне умным, добрым, милым...таким...
все время изменило...таким каким не грезитесь
сейчас...Который час?...Куда порой нас наше тянет
представленье...хотенье и желание обожествить того,
кто не умеет нас любить...хоть думает, что любит
...но лепить из воска то, что Вы слепить пытались и
абриса архитектуры той касался Ваш самодовольный глаз
...Пигмалион, халиф на час...немудрено, что мы расстались
и время разделило нас...в любви нет ненависти, нет корысти
...любовь...любовь...она очистит...ее росток пробьется к
жизни ниоткуда...не станет он ломать, ваять живых...
он обовьет их худенькие плечи, поднимет на руки и унесет
в шелках...или потертых джинсах и спутанные волосы, ресницы
которых не касалась тушь заменят не корону, не принцессу...
и изменять не нужно ничего...неизменима и незаменима та...
которую ты изменить не хочешь...сказала я...тогда...
