Я однажды вернусь
На Кавказ,
Где зеленые горы
Воздевают вершины к небу,
Как люди - ладони,
Танцуя вечную серру;
Где на застольях играет
Свадебных и поминальных
Горбоносый худой музыкант,
И на стареньком кемендже
Душа его
Вместо струн
Натянута до звона;
Он водит по ней смычком,
И она поет.
Иногда душа
Под его рукой
Трепещет и кровоточит -
Кровью Пафры,
И Карса,
И Трапезунда,
И бескрайних чужих степей -
И тогда музыкант плачет.
А иногда душа
Вздрагивает от радости,
Словно путник, что,
Возвратясь из изгнанья,
Глядит на родные горы -
И тогда музыкант улыбается.
Но в каждой его улыбке
Я чувствую тайную горечь,
А в каждой его слезе
Я всегда различу улыбку -
Древнюю, как эта земля,
Юную, как эта земля,
Прекрасную, как эта земля,
Как народ.
...А люди слушают песню
и кричат музыканту: "Лазико!
Вай, Лазико, гурпан -
Жизнь свою
Принесу в жертву
За твои искусные пальцы!" -
И глаза их блестят.
А музыкант улыбается
И играет,
И кемендже поет,
И кемендже плачет,
И кемендже смеется,
И душа Лазико дрожит
Под тонким,
Под острым смычком...
