Мне волосы заплёл апрельский ветер,
И разметал бензиновую грязь
По выщербленным мостовым столетий –
Весна так странно-рано занялась.
Иду опять по улицам привычно:
Вот лужа, перекрёсток за углом,
За зданием недостроенно-кирпичным
Окраинный (опять кирпичный!) дом.
Здесь я живу – всю жизнь, насколько помню,
С рождения и до смерти – на крючке,
На сером плато каменного поля,
В реке дорог с кольцом на «Червяке»*.
Здесь фонарей – семь целых, пять разбитых –
По пальцам может сосчитать любой.
Здесь, как ни странно, нет почти бандитов,
Что могут ночью встретиться с тобой.
Милиции здесь тоже нет почти что.
Окраина – глухая сторона.
А город жадно сумерками дышит
И залпом выпивает ночь до дна,
Подмигивая глазом светофора
(Если ещё не выбили тот глаз).
Ах, город! Скоро, может, очень скоро
Тебе рукой махну в последний раз.
Ты пьян, безумен, весел и растерян,
А я когда-нибудь свою закрою дверь.
…Мой каждый шаг по улицам измерен
Цепочками бессмысленных потерь.
06.04.2009
* «Червяк», Червишевский тракт – одна из улиц города Тюмени
