Той, которая лепит манекены из губной помады:
да, в пятьдесят лет мы будем покорят Гималаи. пить теплое молоко. и говорить. говорить. говорить. про озябшее детство. про юность в белой, но не смирительной рубашке. знаешь, ты всегда была такой смелой. когда ты так смотришь своими зелеными в спинку стула, я верю, 4то будет завтра. и оно будет белым. в 4етыре руки мы напишем на нем. все, 4то знаем. про все, во 4то больше не верим, но ждем. в следующий понедельник все будет. ты же знаешь, в колоде достато4но карт, но нам мало. ты же все знаешь. про то, как не быть. про то, 4то давно стоило бы от этого берега отплыть. но такая родная уже эта гавань. ты – пират. ты – Монро. ты – Клеопатра в зазеркалье этого века. мы же знаем, все дороги ведут в никуда, но как же здорово танцевать на них танго. дуэтом. и еще, знаешь, все-таки, наверное, стоит записывать каждое новое название мира. не просто, 4тоб было, а 4тоб не так быстро остыло.
Тому, кто расставляет желания на шахматной доске:
я недавно узнала, 4то мы были знакомы в прошлой жизни. тогда, когда все дороги вели в Рим. ты сбегал по ним. из него. прыгал из 4ерных окон в освещенный факелами город. из неба над ним лилось вино. самый серолицый с4итал себя особенным. не обособленно – кидая куски своей души в массу пьяных глаз. а ты никогда не любил сидеть под оливковыми деревьями. и не носил заслуженные лавровые венки. не приносил дань Юпитеру, но видел его на звездном. как одного из. многих. недосягаемых, но изу4аемых и постигаемых. да, тогда было яр4е сверху. и не нужны были визы. и теперь ты все также, по привы4ке ли, смотришь вдаль, в перспективу. носишь в кармане весы, которые никогда то4но не взвесят все «за» и все «против». а ты никогда и не спросишь за4ем? по4ему? как? просто идешь, проклиная все двадцать 4етыре 4аса за то, 4то их никогда не хватит. на все. но хватит на всех. 4тоб по4увствовать, 4то ты не свободен. 4то ты среди многих особых на большее способен. знаешь, в Норвегии ли, в Швейцарии, в Люксембурге и в Австрии. свобода не впишется в паспорт. и одино4ество не находят. его обретают. но, зная тебя, я знаю, всякое бывает. знай, я буду всегда хотеть к тебе в гости.
Той, которая выжидает на вокзале отплытие корабля:
странно, ты была такая красивая. временами милая. всегда сильная. а я никогда не находила ни входа, ни выхода к тебе, от тебя. тяжело. отвыкать. привыкать. к твоей не красоте - немоте. к твоей такой сложной простоте. к тебе – не той, которую ждали мои глаза. к тебе – немой. без вопросов. без ответов. без элементарного «где ты?». странно, как я теперь. отпе4аталась сама на себе шрамами. странами. разноцветные визы преломляются на лице. на непонятном тебе языке. говорю. 4то равносильно – мол4у. я поддалась твоей немоте. я не стану искать тебя. потому 4то знаю где.
Тому, кто боится меня ранить, убивая:
когда я была без ума, на полях зрели арбузы. а ты смотрел сквозь меня. о 4ем же ты думал? неужели ты верил во «всегда». прости, я такого не знаю. я наматывала, как прядь волос, на палец года. я толкала себя с обрывов. и на одном из них встретила тебя. странно, но в тот момент падала звезда. а ты не верил в 4удеса. а я просто не думала, верю ли. ты так смиренно наблюдаешь во мне города. 4ужие имена. и никогда не спросишь, где я без тебя была. как я вообще могу без тебя. изображая бога, ты прощаешь все. и записываешь в ли4ное дело. прищуриваешь глаза и говоришь: «не завидую». я до сих пор не знаю, знаешь ли ты, 4то я не улыбаюсь, а горе4ь глотаю. и уголками рта выражаюсь. жаль, 4то кроме себя, ты никого не (с)4итаешь. а я в тебя не врастаю. если 4естно, то я совсем не стараюсь. быть первой. я жду, когда ты станешь богом.
Той, 4то слышит, не слушая:
твои волосы 4ернее 4ерного. и на цвет. и на запах. ты никогда не носишь рубашки назапах. ты никогда не ждешь 4уда в южных ветрах. мы всегда были рядом, даже если не близко. я забываю в твоем доме книги и плащи. мы всегда делим между последние хлеба куски. ты даже смешилась, когда я у4илась произносить на оскале «th». были многие между. будут еще. и снова станут снами, запутанными волосами, укутанными городами. а мы, как в детстве, будем расходиться, сбиваться с дороги. и сходиться там, где уже восемнадцать лет подряд в июне цветут розы. без вопросов. без допросов. все ненужное мы уже давно выпили до дна. и знаешь, я бы выложила дорогу из красного кирпи4а для тебя, но тебе все равно туда или сюда. идти или стоять. лу4ше - лежать и курить потолок. он 4естней и плотней, 4ем распахнутое окно. прошу, не закрывай его, я еще далеко от тебя.
Той, у которой ртуть в зра4ках:
я слышу твой смех в звонке телефона. ты редко мне снишься. для моих снов твои одежды слишком белые. для моих дорог ты слишком смелая. я боюсь за тебя, родная. ты не видишь пропастей, снежных комков и разрушенных землетрясениями городов. ступаешь твердо, как будто везде под тобой красный ковер. как будто никогда не шел дождь из твоих самых зеленых в мире глаз. твоя зелень держит меня. здесь. вне сна. ты же знаешь, как я люблю быть одна. как я люблю нырять до самого дна. я знаю, 4то там никогда не увижу тебя. помнишь, как ты у4ила меня не зарываться в песок. выкидывала в окно мои нару4ные. 4асы. отправляла меня в но4ь. в толпу, которой уже ни4ем не помо4ь. и ты была права. я смогла. кода я для тебя, то для себя я слишком жива. ты прости, мой голос слегка промок. но ты звони. 4тоб мой зра4ок никогда не оглох.
