На кромке балансирует слеза, так много слов в ней, молча, растворилось,
Над нашим миром вдруг прошла гроза, и небо шоколадом разломилось.
Унылых будней серость зачерпнув, уселся ты на самый край обрыва.
Щекой колючей к вечности прильнув, на самом краешке, на самом пике срыва.
Цветок, ранимый, под колючим ветром, под крупным градом, как тут устоять.
А сердце, чуть присыпанное пеплом, готово вспыхнуть и гореть опять.
Пришито сердце крупными стежками, небрежно, намертво, как нити разорвать?
И если попытаешься рывками, освободить, кусочки не собрать.
К нему пришиты тихие рыданья, полеты вместе над ночной Москвой,
Душ разобщенных дерзкие метанья, все это приторочено иглой.
Глаза соленой влагой захлебнулись, не будем рвать, портной старался, шил.
Решив не падать, слезы улыбнулись, за этот день ты сотню лет прожил.
