Один, по безлюдной дороге,
На лоб капюшон опустив,
Он шел и думал о Боге.
Об остальном позабыв.
Забыл он посёлок убогий,
Поднявшийся дым от костра.
Но взгляд не забыл её строгий,
Что спать не давал до утра.
Молчала она на допросах,
Покаяния ей не нужны.
Шептала, презревши страх
«Проклят, именем Сатаны!»
Он шел, молился негромко.
Так и не понял он как,
Из туч свернулась воронка,
Вокруг опустился мрак.
Увидев пустые глазницы,
Он понял, что это Она.
Умолкли поющие птицы
И только звенит тишина.
Кольнуло у сердца и холод…
Сверкнула на солнце коса!
Успел лишь подумать «Я молод…»
И вспомнились ведьмы глаза.
