Алина, ты вышла из моря, сказала «хватит»,
и мокрое платье прилипло к твоим ногам,
Ты разряжаешь обойму в своем автомате
и всё отправляешь к чертям.
Алина, ты смотришь на Север, ну что там, Алина?!
Той девочки не существует, а ты ее ищешь…
Не выстрелить в сердце /и пуля, наверное, мимо/,
ты пишешь ей, пишешь.
Алина, сорви с себя хаки в последнем дозоре,
ложись на песок в жаркой мути соленого дня,
раздвинь свои ноги; я брошу оружие в море,
жестоко врываясь в тебя.
У Севера нет аргументов, сдавайся, Алина!
Твой Юг нагревает мне руки, и тонкие пальцы
царапают жадно, впиваются ласково в спину
/готова взорваться/.
Ты южнаятёмнаятёплая /в плен на недели/,
запястья связала, и бредить тобой до рассвета.
Алина, все смятые простыни в этой постели –
защитного цвета.
Ты очень устала, останься, Алина, я тоже,
как ветер с твоих берегов, как круги на воде,
оставшись загаром и запахом моря на коже,
я буду в тебе…
