Огрубела душа, огрубела,
Очерствела, как черный сухарь.
И на матовом глянце пробела
Только мел да бесцветный январь.
Но порой среди мятых постелей
Вдруг сиянье полярное глаз
Нас находит под вьюги-метели,
Очищая коросту и грязь.
Всё застывшее пеклом расплавит,
Всё иссохшее смочит слезой,
И на горло небольно надавит
И в висок поцелует седой.
Если нам не дожить уж до мая,
Все же будет задорный апрель,
И земля оголится нагая,
Вся блестящая, как карамель.
Мы успеем глотнуть этот воздух,
Как от спирта на миг опьянеть,
И достанем на выдохе пропуск
В чрево самых неСкорых карет.
2005
