Его сестра Элизабет –
чепец, порядок и обед.
Он сумасшедше смотрит вдаль.
Окно: там будет Бухенвальд.
Сгорит мораль и эта шаль,
и дрогнет сумрачный базальт.
За муссолинию земли
он зрит: сестра идет вдали.
Там – Гитлерай. Свободой свастик
она его чело украсит.
И волю к власти волей к сласти
она, придя домой, погасит.
Пройдет 100 лет и 200 лет –
и снова здесь Элизабет
стоит с печеньем и косой.
И не успеет крикнуть: «Стой!»
в окно ей мертвый Бухенвальд –
она промолвит четко: «Halt!».
Его сестра Элизабет –
чепец, порядок и обед.
