Шторы бархатные любят пыль вечернюю,
И впитывают горько-пряные духи.
В афише обещали светопреставление,
Готово всё и все. Последние штрихи.
Процитируйте меня, в конце спектакля
Три года, как прошло, а может, тридцать-три,
Все равно уже не помнят принца
В бессмертном стиле мистера Экзюпери.
Вечно маленький и вечно несмышленый,
Для барашков с овцами растил кусты,
Заключал в пожизненные умозлоключения,
Бросал людей, но поливал цветы.
Наивность хваткой деловой брала за душу,
Спланировано четко - скрыты швы.
«Алло» переросло в «Алле». Бесшумно
Толкаются в арене бедные худые львы.
Когти спилены давно, хвосты поджаты,
Взгляд пуст, как ежедневник января.
В таких Цирк D u Soleil наверно не нуждался…
Вместе, как дробь. Не вопреки - благодаря
Тысячам высказываний без конкретной цели,
Числителем и знаменателем, без рода и числа,
Отрешения с прощаниями, прошениями,
Топили в проруби себя от времени сотлевшее дотла.
Смешно в опилки утыкаться мокрым носом,
Но завтра стало прошлым, кажется вчера.
А кавалеры выйдут утром ровно в восемь,
И дамы спрячут лица в веера.
22 июня 2009г.
