ДИАЛОГ РУСИЧЕЙ ПРИ ЯСНОЙ ЛУНЕ
Наверное, не один Пилат должен томиться и страдать при ясной луне.
Но если каждому из нас однажды суждено шагнуть туда, где время больше не течет, а пространство бесконечно и встретить можно любого человека, когда-то жившего в этом мире, то мне бы хотелось встретить этих двух русских князей.
Говорят, что если чего-то очень хочется, то это сбывается.
И вот уже где-то на небесной поляне, залитой мутным лунным светом, они сидят перед полыхающим костром князь Александр Невский, испытавший триумф победы над западом в начале пути ( немецкие рыцари, шведы) и триумф поражения над востоком- в его пору Батый пришел на Русь и утвердилось монголо-татарское рабство почти на два столетия – все было в его жизни, а рядом с ним расположился князь Даниил Галицкий.
Странно переплелись судьбы этих двух властелинов. Тогда они совпали во времени и пространстве.
Еще не зная дат их биографий, я почему-то все время видела их рядом, а когда заглянула в летописи и жизнеописания, то удивилась еще больше, вероятно, такого не может быть, но было.
Посмотрите сами:
Год рождения князя Александра 1219 – Даниила 1206- он мог быть его старшим братом и был вероятно родственником, так как княжеские роды были тесно сплетены. Но они оказались довольно далеко друг от друга Новгород - Галич
Практически в одно время они начали княжить 1228 –Новгород, 1229 г-Даниил в Галиче – два самых значимых града после Киева. Но это были и самые мятежные города. Ни один слабый князь там не выдерживал, да и Александра не раз изгоняли новгородцы, а чего стоили Галицкие бояре, которых удерживала только могущественная воля князя Ярослава Осмомысла? А потом они так «чудесили», что никто с ними сладить не мог.
Походы Батыя усмирили вероятно многих бунтовщиков в 1240 году и позднее, через 10 лет после поражения и уничтожения Киева русские князья должны были подчиниться и пойти с поклоном туда, к хану.
Великий князь Александр и князь Даниил Галицкий должны были в 1250 году встретиться в Орде у Батыя, наверняка были рядом, вели беседы о том, что может быть дальше, как им теперь жить и что делать?
Но это была последняя точка, когда пути их, вероятно, пересеклись.
В 1255 году, когда князь Александр по-прежнему ведет переговоры с татарами и пытается устроить все как можно лучшее для своей Руси, князь Даниил отказывается склонять голову перед Ордой, он обращает свой взор на запад и получает корону от Римского папы и отдает свои земли западу.
Кто из них оказался прав, показало время.
Но последнее удивительного совпадения - умирают они почти в одно и то же время.
Князь Александр был отравлен в Орде в 1263 году, князь Даниил умер в 1264 следующем году, вероятно понимая, что этот западный плен оказался таким же страшным, как и тот.
Но сколько странных и удивительных совпадений в их судьбах.
Вероятно, отправляясь одновременно на небеса, они снова встретились и продолжили беседу там о двух путях , которыми мог бы пойти наш мир дальше.
Этот спор длится веками.
Но я снова слышу их голоса…
№№№№№№№№
Александр Невский
Нам ближе восток, мы от запада страшно отстали,
Скорей из упрямства, мы снова стремимся туда,
И это пройдет, канут радости все и печали,
И бурю, и счастье легко изживем и тогда
Какие-то ханы и шахи нас снова захватят,
Но кто там, в плену, это будет опять не понять,
Душевные раны, они заживают до свадьбы,
Дары и проклятья мы сможем с тобою принять.
И странные сны этой ночью в тумане приснятся,
И дивные всадники будут над миром парить,
Осилим мы все, и нам нечего больше бояться,
Какое там время, какая по счету там жизнь?
Нам ближе восток – это мирно текущее время,
Задумчивый ангел над брошенным миром парит.
И все-таки снова врываются злые химеры,
И манит нас скорость как странный упрямый магнит.
И крайности наши, и наши внезапные ссоры,
Все странно знакомо, но это стараясь изжить,
Мы смотрим куда-то то с нежностью, то вдруг с укором,
И в том созерцании странная вера дрожит.
Нас страшно любить, только вы не устали бояться?
Загадочный мир снова викингов бросит в пучину.
И будут чужие у наших костров появляться,
И мир завоюют бесстрашные эти мужчины.
И новые мифы родятся над вольным простором,
И старые песни воскреснут среди ковыля.
Нас запад не греет, проснемся, очнемся мы скоро,
И встретит нас Велес над дивной равниной паря.
ДАНИИЛ, КНЯЗЬ ГАЛИЦКИЙ
И слушал его, и пытался понять,
И снились татарские рожи.
И ржанье коня или отблеск огня,
Усталые души тревожат.
-Корона мою увенчает главу,-
С усмешкою он произносит.
И видит во мгле рубежи, татарву,
Кровавую дикую осень.
Что горше, корона, татарских ярлык,
Какое страшит наказанье?
Душа умирает, и яростный крик,
Во сне, как проклятье, вниманье.
И мечутся кони в тиши гробовой,
И хочется в детство вернуться.
Там мама смеется, отец там живой,
И девы, как бабочки вьются.
И снова изводит татарская честь,
И жжет, словно пламя, корона,
И слышится плач, как похож он на песнь.
И песнь, словно плач похоронный.
###############
А вот как неожиданно продолжился диалог двух князей. Рецензии порой бывают уникальны, если их пишут талантливые и светлые люди.
И они свидетельсвтуют о том, что это не сухие факты прошлого, а живая и прекрасная Древняя Русь в 21 век шагнувшая.
Марина Волкова
А вот что интересно: примерно в то же время жил ещё один родственник Великих Князей Александра и Даниила (если не ошибаюсь, двоюродный дядя Александра). Летопись рассказывает трагическую историю гибели и его, и всей его семьи (кстати, от рук татар). Но народаное предание, а вслед за ним и деятели русской культуры, видят судьбу Юрия Всеволодовича по-иному. Я думаю, он тоже имеет, что добавить к этому разговору.
Не нужен Руси лицемерный Восток,
И Запада тоже не надо! -
Взывет к собратьям познавший Исток
Князь Юрий из Китежа-града!
Две крайности это. И две стороны
Гармонии просто не знают,
И только здезда полунощной страны -
Русь наша их объединяет!
Не нужно, собратья, нам слепо искать
Спасения в чуждом кумире,
Ведь рок у Руси - неизменно стоять,
Хряня равновесие в мире!
На Север ведут все земные пути,
Так было от века до ныне,
Живи, Русь моя! И звездою свети,
В Земли пребывая средине!
#####################
БУРЯ В ЗАПОВЕДНОМ ЛЕСУ
Если вас застала гроза, буря, ливень в заповедном лесу, что бы это значило?
Да просто еще одно испытание Это Стрибог, Велес и Перун испытывают вас на прочность, и вот уже кто-то отчаянно молится с ужасом в глазах или радостно идет навстречу к своим богам.
Меня всегда забавляло, когда нас пугали бабушки тем, что в лесу обитает страшный серый волк. А разве сами мы не из той породы отважных гордых животных, так и не ставших цепными псами или милыми домашними собачками. Волков или людей стоит бояться больше? По пути ли нам с человеком, который страшно боится грозы, которого в ужас приводит любая буря. Да и стоит ли бояться неизбежного.
И вот уже отважные викинги отравляются в плаванье, презрев все опасности. А кто-то трусливо умоляет о пощаде.
Но случится то, что случится, боги любят отважных, а нужны ли им покорные смиренные рабы, только и способные ныть и молиться.
Наверное, многое можно узнать и понять, когда тебя и твоих спутников застигла буря где-нибудь в лесу. Только если он « не скулил не ныл, если хмур был и зол, но шел», только в этом случае человек чего-то стоит и сам Велес к нему выйдет навстречу, и Перун улыбнется с небес, а разве не это самое главное?
Вековые деревья от бури стонали в ту ночь,
А веселый щенок копошился беспечно у ног.
Он увлекся игрой, и ему непогода –пустяк,
Только мы не могли примириться с тобою никак.
Вроде не было ссоры, и нечего было делить.
Кто-то смотрит с укором, душа в непогоду болит,
И от этого снова то ярость, то тихая боль,
Ранит каждое слово, мы где-то на грани с тобой.
Если б солнце явилось, на миг осветив этот лес,
Если б Велес нам милость еще оказал, но исчез
Даже солнечный лучик, и в мире и серость и боль,
Вековые деревья стонали, простившись с тобой,
Я щенка забрала и ушла по дороге в тот мир,
Где беспечные музы поют, и так тесно от лир,
От талантов, улыбок и шуток не спрятать глаза.
Только кто-то сердито твердил: «Возвращайся назад,
Ты не можешь, там буря, и он без тебя пропадет».
Но веселые люди толкали куда-то вперед,
Легких бабочек стая, русалка со мной у реки,
Я не знаю, не знаю, что дни тяжелы и горьки.
Не для мук, а для счастья явились мы в солнечный мир.
Он твердит: - Возвращайся. И снится, далек он и сир,
До него дотянуться не могу, не пытаюсь, прости,
Не монах раздраженный, а Волхв у меня на пути.
В ярком свете заката стоит он , торжественно строг,
- Но куда ты, куда ты, и воет душа, словно волк.
Мне волков ли бояться, лишь люди бывают страшны.
Я не смею остаться, не для мук мы на свет рождены.
