На берёзе я сидел и рубил
Сук, к которому почти что прирос.
У виска крутили люди – дебил.
А подкинуть бы могли папирос.
Одичавший, выбиваясь из сил,
Между небом и зелённой травой
Насмешил одних, других же бесил,
А ведь мог бы притвориться совой.
Но летели щепки к чьим-то ногам,
Древесину грыз упрямый топор …
Приземлился (ох!) под хохот и гам,
А плеваться мог бы вниз до сих пор.
Отряхнул штаны, размял телеса.
Чертыхаясь у коварных корней,
Кое-что прилюдно вдруг почесал.
А могло бы быть гораздо больней.
Распрощался я с берёзкой своей
И - к народу (офигенная прыть!) -
Там и в глаз дадут, и между бровей,
А бывает, могут дать закурить.
