Завтра я должен был уезжать, а мне отчаянно не хотелось. Я бродил по вечернему городку и смотрел в лица прохожих, стараясь запомнить их и унести в себе - чтобы было что перебирать в памяти долгими зимними вечерами, так сказать.
Вечер был удивительно теплый для осени. Настолько теплый, что моя куртка была перекинута через локоть, а зонт спокойно лежал в сумке. Душа же пребывала в легкой панике. Я, действительно, слишком сильно привязался к этим местам.
Незаметно для меня наступила ночь. И тут, у фонаря недалеко у входа в уже закрытое кафе, я увидел молодую женщину. У нее были очень светлые волосы длиной примерно до плеч и большие зеленые глаза. одета же она была в строгий серый костюм - прямая юбка и пиджак. Когда я подошел к ней, она окинула меня мутным взором.
- Вы пьяны?
Женщина не ответила и схватилась за фонарь, пошатнувшись. Я подошел чуть ближе и протянул ей руку, на которую она тут же оперлась, с пьяным безразличием глядя себе под ноги. Ответ на вопрос мне, собственно говоря, уже и не требовался - достаточно было просто принюхаться. И еще я мрачно подумал что мне, пожалуй, лучше напиться до такой же кондиции. Зачем? Будет ничуть не легче, но хотя бы более пусто.
Я потреблял уже второй стакан "Bacardi", а моя случайная спутница уже немного протрезвела.
- Ты что-нибудь слышал о Танцующих-смерть?
Моим ответом было изумленное молчание. Чуть позже я все-же сподобился дать словесный ответ.
- Нет, я не читаю фэнтези.
Моя собеседница слегка поморщилась и потрясла головой. Потом протянула руку через стол - ко мне - и спросила:
- Можно глотнуть?
Я кивнул, и она отпила из моего стакана. Судя по всему, она хотела мне что-то рассказать, но не знала, с чего начать. Мне уже даже стало чуть любопытно - эта эмоция перебивала пустоту во мне, что не могло не радовать. Через некоторое время женщина, имя которой я так и не узнал, все же начала говорить, чуть спотыкаясь после некоторых слов.
- Наверное... это и вправду выглядит как история из дешевой книги, которых так много... теперь на каждом углу. Хочешь - верь, хочешь... не верь. Танцующих... воспитывали даже не... в храмах, а в частных клубах. Прости, я не могу толком объяснить это. Нас, детей из малообеспеченных семей, забирали... от родителей и увозили в соседние города. Мы сначала пугались, думали - нас продадут. Но нет. Сначала раз в неделю, но с каждым годом все чаще, нас собирали на занятия. Там мы учились... правильно дышать, контролировать себя, содержать в порядке... себя и пространство вокруг... И, разумеется, танцевать. Жизнь без танца - ничто... Это я тебе, как профессионал, говорю. У некоторых обнаруживался талант - ну, как пример, изменять реальность. При танце, да... Остальных отсеивали - отправляли обратно по домам. У меня вот... был талант очень... своеобразный, впрочем, нас таких было несколько. Если мой танец видел человек, то он попадал под полную мою власть. Когда обучение было закончено, меня нанял некий... эксцентричный господин, как я поняла позже, он был.. чем-то вроде главы преступников. Как теперь это модно называть... мафиози. Я приходила к людям, которые заставляли моего начальника волноваться, и я танцевала им. Чаще всего - смерть, оттуда и прозвище... Работа мне не слишком нравилась, но зато... у меня появились деньги. Много денег, я раньше столько и не видела... А потом я устала. И сбежала в другую страну. Глупо, правда?
Я пожал плечами. Вообще-то, мне было все равно, но я все же спросил:
- А как же темный властелин и борьба за воцарение света во всем мире? На худой конец, спасение собственной шкуры. А то ничего, страшно сказать, увлекательного.
Моя собеседница рассмеялась.
- Ты мне нравишься, хоть и грубиян. Меня зовут Катрин.
- А меня Владислав. Но вообще-то это ничего не меняет - завтра, то есть, уже сегодня утром, я уезжаю. Мне надоело тут жить.
На самом деле, я решил поехать воевать на Дальний Восток, но почему-то говорить этого мне не хотелось.
- И во сколько ты уезжаешь?
- В шесть тридцать мой поезд. У меня есть еще два часа.
Утро. Гремящий состав подъехал к платформе. Ехать мне предстояло неделю, так что я решил купить чего-нибудь себе почитать в дорогу. Я подошел к уже открывшемуся вокзальному книжному магазину. Внезапно мне что-то стукнуло в голову, и я подошел к полке с фэнтези, взял наугад книгу, подошел к кассе, расплатился.
Чуть позже, уже устраиваясь на верхней полке, я раскрыл "фолиант", называющийся "Стеклянные осколки". Через час соседи по купе могли насладиться моим громким смехом.
- Ну, Катрин, ну, Танцующая, - говорил я, утирая рукавом выступившие от смеха слезы. - Правдивая история, правда, может показаться выдуманной... Интересно, она так регулярно развлекается - напивается и пересказывает книги?
В оставленном мною городе уже рассвело. В небольшом доме на набережной, в трехкомнатой квартире на втором этаже, светловолосая молодая женщина танцевала. Она действительно не могла жить без этого... И не помнила, что делала ночью. На столе лежала раскрытая книга - как не трудно догадаться, "Стеклянные осколки". С иллюстрации на нее глядело чем-то знакомое мужское лицо.
26.07.
