…так входят в ночь, наитьем, неспеша,
в неясный тлен, таинственный и властный,
когда на шепот перейдёт левша,
ощупывая правой черный пластырь
слепящий окна липким сургучом,
до тошноты, до сменности привычек,
когда и волчье солнце горячо,
и ложен путь в объятиях кавычек,
бессменный раб ночных параличей,
одно лекарство, выпить ночи щелочь
и стать ничьим, рождённым от ничьей,
на темноту обменивая мелочь,
на этот лак, пленяющий уста,
на безусловный, истинный оттенок,
когда во всём подведена черта,
невольным дням, непрошенного плена…
