И вот я умер! Гроб, иконы, свечи.
Костюм на мне, какой я в жизни не носил.
Кругом все в чёрном, и сутулят плечи,
А мне - кранты! Ни воли нет, ни сил.
Я умер. Ни к чему теперь рыданья.
И ладно, если б только я один.-
Со мною, тщетные оставив упованья,
Лежит мой друг, мой брат и господин.
Мы с ним вдвоём - от самого рожденья.
Он никогда меня не подводил.
Как часто (ласкою сломив сопротивленье),
Свершив Гештальт, мы падали без сил!
Но падали, чтоб вновь затем подняться!
И снова в бой, не ведая преград.
Его судьба была такая - напрягаться,
Из-за того лишь только, что мой взгляд,
Упав на грудь какой-нибудь девицы,
И, вниз скользнув, избавив от одежд
Её шальную плоть,- увидел её ниц, и
Прозреть умел свершение надежд!
Увы! Не все из них тотчас сбывались.
Но он главою никогда не ник.
И если ноги страстно раздвигались,-
То бил всегда живительный родник!
Мне не понять причины этой драмы!
Одним вопросом мучась:"Почему?",
Я вижу, что из этой вечной ямы
Ни мне уже не встать, и не ему.
