* * *
Когда ночью выходишь один на Расстанную,
Фонари, фонари, фонари и трамвай…
Толи всё так и есть, толи кажется,
Это гулкое, тонкое, колкое «жаль»
Заблудилось
И каждому встречному плачется
О какой-то своей подорожной тоске.
На замерзших, заплаканных окнах проталины
Не подёрнуты льдом, а внутри никого.
Не иначе, на Волковском кладбище
Кто-то сонный последним покинул вагон –
Просквозило…
И двери, надрывно скрипящие,
Разорвали возникшую вдруг пустоту.
Застучали колёса, задёргались форточки.
Заметалась, забилась электродуша:
«Не ошибся ли он остановкою
И уже, безвозвратно покинув меня», –
Отдалось
Где-то под силовой установкою, –
«Никогда не придёт поутру на кольцо?
Если было бы можно вернуться ко времени,
Когда он торопился и не успевал
Иногда к отправленью, не выспавшись,
Я его бы теперь обязательно ждал
И не лязгал,
Когда на сиденье откинувшись,
На обратном пути он дремал у окна»...
Прогремел, проскрипел с поворотом на Лиговский,
И опять фонари, фонари и февраль…
Всё пройдёт. Только вновь неожиданно
И опять без причины пришедшее «жаль»
Растревожит
Порядком уже подзабытое,
Но всё также ранимое что-то своё.
04.09
