Полнолунная ночь октября опустилась на крыши.
Сонный город притих в беспокойных волнующих снах.
Остывая, опавшие листья взволнованно дышат,
Предвкушая покой и затем - обращение в прах.
Им уже не придётся шептаться, волнуясь, на ветках,
И не пить пьяных соков весёлою майской порой.
Не заметили, что умирают – вчерашние детки,
Мотыльки-однодневки, что жизнь посчитали игрой.
Веселились, шумели, ласкали макушки девчонок,
Обнимавших мальчишек под пышным зелёным шатром.
А теперь оторвались от веток, как будто спросонок,
Полетали в испуге, упали шуршащим ковром.
Ненадолго украсили листья запущенный дворик.
Их тяжёлые джипы колёсами трут в порошок,
И угрюмый с похмелья, чумазый и злой старый дворник
Их пакует, как трупики, в чёрный блестящий мешок.
Преходящая лёгкость бездумности существований
Прервалась по законам природы, мечтам вопреки.
…Кружат листья всю ночь средь колодца бетонного зданий,
Бормоча голосочками, полными страшной тоски…
