затянувшееся

Если и хочется умереть, то по утрам, в полшестого: очнувшись, включаешь холодный свет, кипятишь воду. Но хуже всего – тишина. Без шороха, без вздоха, без слова. Без шепота: «С добрым утром, ну, как погода?»... Двери в автобусе захлопнутся с пинка близ стоящих. Не примерзнуть бы к поручням. К асфальту. К работе. Не сорваться на крик; запомнить, что положила в ящик; заварить чай; выжить в круговороте. Раз в полгода случается кто-то в чужой квартире: у него на руке кольцо, а в глазах возраст. А ты к нему, понимаешь, с жалобами о мире, о том, что жизнь – дерьмо и вообще проза, о том, что голова гудит и пальцы синие, о том, какая ты, но никто не знает. А он говорит: «Ты выдержишь, ты же сильная». И медленно так раздевает.