Улыбаться остаётся только печальным.
Мы так ненавидим тоску на вокзале –
ведь каждый вокзал обязует нас врать:
недосказал,
недо-смогла не смолчать.
Вдоль по рельсам-лучам,
вдаль по рельсам к волнам…
Даже тому, кто просто мимо бежал,
так убыстрить свой хочется шаг,
чтобы не перейти свою грань,
за которой роль,
кажущаяся чужой –
только бы не попасть в рукав
наброшенного наспех пальто
в коридоре родном.
Набрасываемого каждый день,
в радости или в тоске
в поиске или в себе
самом.
Собственными руками
строим и подкрепляем
кажимость
этой чуждости,
слепнущие к очевидности,
что каждый день нашей жизни –
вокзальный.
И улыбаемся, путая роли, печально.
