Не нравиться себе в отражении
Лёгкое женское остервенение,
Что со вкусом крови и запахом ночи
Связи разорваны непорочно,
Вьются хвостами концы непростого вервия
Она настаивает на собственном мнении
Личном во мне пространстве-времени
На шее петля растоптанного доверия
Злая
Она не убивает меня
Просто пытается мною быть
Она глухая
Не к разговорам, мольбам и стонам
А словно… в колодец старый
Бросаешь камень,
И он о стену вскользь ударяется
И ожидается
Звук протяжный и долгий,
Пронзающий время иголкой
Хвойной
А слышится \*больно*\
Какой-то гулкий, стертый и смазанный,
Без продолжения,
Эхом не становящийся в отражениях,
Просто ставший частью чего-то большего -
Чем-то большим и мрачным проглоченный
Глу-хо-та.
В чайной чашке её даже не пустота,
А осколки грязного льда и снега
И - тень человека.
Она, запускает в меня по локоть руки,
В которых не холода нет не жгучего яда,
А что-то… будто бы,
Растерзанное на минуты,
Немой прохладой железа ржавого,
Неприятно шершавая
И металлический привкус под языком.
Стежок за стежком
Она
Сшивает с собой дни и ночи мои.
Она, та, что в шаге одном от любви.
