Там, где соль слияния наших тел
русло вечности выявила светло,
потайным пожаром болел, горел
изумрудный феникс, его крыло
прорастало вересковым огнём
сквозь меня к тебе, сквозь тебя ко мне,
мы когда-то тоже с тобой умрём,
только там – в бескрайнем январском сне,
где базальты времени холодны,
где парсеки – рой антрацитных ос,
не стереть, не выкрошить белизны
с яркой прозеленью соляных полос
Обними, читай меня наизусть,
темноте расскажи алфавит меня,
из суглинка хаоса я начнусь,
из ребра, из медленного огня,
из вишнёво-терпких горячих смол,
из дремуче-медленных древних вод,
это всё вплетётся в любви глагол –
самый мощный, действенный антидот
от того, что мы всё равно уйдём…
вот – за буквой буква, за звуком звук -
это вечность входит в меня живьём
из твоих горячечных губ и рук.
