Теплом и ленью снов наполнен вечер томный,
По площади пустой промчится ЗИЛ трёхтонный,
И громыхнёт от гор грозой или войной,
Вливая гарь в настой медвяно-травяной.
И чует сад беду, и странно-тихо в доме:
Все пленницы молчат в мучительной истоме,
Придворный астроном листает пятый том
«Истории светил», шах в шахматы с шутом
Играет, сердится и ждёт ночной прохлады,
И вечер настаёт, и над оградой сада
Вечерняя звезда восходит в небеса.
Бьёт колокол вдали. Темнеет. Полчаса
До взрыва. У пруда навзрыд гремят цикады,
И тихо, и звезда всё выше над оградой.
