Я - единственная актриса.
Одной женщине сложно
отыграть целый спектакль.
Спектакль - это моя жизнь,
моя сольная партия.
Мой бег за руками,
которых никогда не догнать.
(Рук не видно -
то есть, они за кулисами.)
Все, что я делаю на сцене - это бегу,
бегу, чтобы оставаться прежней,
но у меня никогда не получается.
И вдруг я прекращаю бежать.
(Это немного оживляет сюжет.)
Я выдаю речи, сотни речей,
и все это - молитвы, монологи.
Я несу чушь вроде:
яйца не должны спорить с камнями,
или: не высовывай сломанную руку из рукава,
или: я стою прямо,
тень же моя сгорбилась.
И так далее, и так далее.
И меня освистывают. Освистывают.
И все же я добираюсь до завершающих строк:
Жить без Бога - это все равно что быть змеей,
жаждущей проглотить слона.
Занавес падает.
Зрители бегут прочь.
Спектакль не удался.
Это потому, что я - единственная актриса,
и так мало в мире людей, чьи жизни
стали бы основой для интересного спектакля.
Разве не так?
Anne Sexton - The Play
I am the only actor.
It is difficult for one woman
to act out a whole play.
The play is my life,
my solo act.
My running after the hands
and never catching up.
(The hands are out of sight -
that is, offstage.)
All I am doing onstage is running,
running to keep up,
but never making it.
Suddenly I stop running.
(This moves the plot along a bit.)
I give speeches, hundreds,
all prayers, all soliloquies.
I say absurd things like:
egss must not quarrel with stones
or, keep your broken arm inside your sleeve
or, I am standing upright
but my shadow is crooked.
And such and such.
Many boos. Many boos.
Despite that I go on to the last lines:
To be without God is to be a snake
who wants to swallow an elephant.
The curtain falls.
The audience rushes out.
It was a bad performance.
That’s because I’m the only actor
and there are few humans whose lives
will make an interesting play.
Don’t you agree?
