Фотографируй этот сумрачный, ночной,
стокгольмский воздух, поперхнувшийся мартини.
Корреспонденты - люд, конечно, сволочной,
как преисподняя у Босха на картине.
Ксерокопируй, издевайся без конца,
став изолгавшимся, непостижимым профи,
над простотой, несовершенностью лица,
и незамеченной ресницей в черном кофе.
Ты к этой двери столько лет стоял спиной….
Вдруг - окна настежь и испуганные птицы.
Пусть будет память, как проталина весной.
И как пощечина разбуженной девицы.
