«Но равнодушно и спокойно
Руками я замкнула слух,
Чтоб этой речью недостойной
Не осквернился скорбный дух» (А.Ахматова - Осень 1917, Петербург)
Руками я замкнула слух.
Не больше трёх, не больше двух,
не больше единицы!
И горний свет померк, потух,
и мир поплыл от оплеух,
и замолчали птицы.
Умолкли, вымокли в дождях,
продрогли на семи ветрах.
Ни шороха, ни звука.
День смертоносный на сносях.
Любви в помине нет и страх
врывается без стука.
Растёт и дыбится. Врасплох
застал и лыбится - ах ох -
и смотрит по-господски -
так, исподлобья - что, оглох?!
А грозен... будто сам он бог,
только пустяшный, скотский.
Рука - к огню. Огонь - к свече.
Ты чей? Такой... невзрачный... Чей?
Лёгкой добычи ищешь?
Ещё не вечер! Не-за-чем!
Воск тает, пламя - горячей.
Блаженный - духом нищий.
Не искус - всполох. Слог - на слух.
Не больше трёх, не больше двух,
не больше единицы.
Искусства тонкий холод. Дух.
И тени сгорбленных старух
над прахом гордой птицы.
Не гений! Нет. Геенны жар.
Куда идти, к кому бежать?
Ни шороха, ни звука.
Кошмар. Угар. Иль неба дар?
Ты чей? Скажи! Пожар. Пожар
неопалимой скуки.
Наука. Быть или не быть?
Бояться и себя забыть
в незримом откровенье?
Огня невидимого нить.
Любви хочу. Хочу любить.
Мгновения прозренья.
09.12.09 СПб
