На росстани...

                         
На росстани качаются века,  товарные груженые вагоны,
кончается столетье как строка, внезапно и обрывисто:
 за ним -  за ним другое катится к перрону...
Щебенкою просыпанных минут искрятся шпалы,
и стрелочник стирает пот со лба и поправляет нимб:
землистый цвет лица и худоба расскажут больше
о его работе, чем грамоты почетные в углу, на лавке дремлет кот, а на полу резвятся мыши – стрелочник
всё слышит и улыбается...   Качаются века, как пьяные гулящие матросы, бредущие с рассветом на корабль,
и паруса дрожат от нетерпенья, и лееров
растянутое пенье зовет скорее выбрать якоря...
Над портом распускается заря, на росстани
качаются вагоны, а это значит – было всё не зря:
и стук колес на дальних перегонах,
                             разлуки странные, и встречи на бегу,
а сторож времени колотит мерно в било,
и тени прошлого встают из-за стола,
и растворяются в сиреневом тумане те, кто бы мог
                     нас уличить в обмане самих себя;
           и чтобы не завраться,
  мы начинаем петь и танцевать на берегу...