Когда-то белокурый волос
Весь исстрадался, поседел,
Он, как зачитанная повесть,
Давно и жалко устарел.
И треснул голос звонкий-звонкий,
Морщинки съели белый лоб,
Глаза покрылись влажной плёнкой -
Каких-то прошлых кинопроб.
Душа забилась, застонала -
И в пятки через мозг ушла -
Такая, право, эта старость,
Такая чеховская мгла.
И где вчера горела младость,
Не молодость! Нет, нет - на "ла",
Сегодня только плачет жалость
У омертвевшего стола.
