Я сам не вполне понимаю
Как оказался раздвоен,
Как потерялся в догадках
Кто из двоих достоин.
Кто из двоих по праву
Мысли мои читает,
Когда исчезает один
И как другой возникает.
Я ловил их, воров безруких,
Вёл к ним два разговора,
Списывал все проклятья
На смертные два приговора.
Белый всегда под чёрным,
Чёрный всегда под белым.
И эта игра иллюзий –
Прикрытие для безделья.
Ответ уже стал очевиден,
Они чужеродны, по сути,
Я привязал их поскольку,
Надеялся – так и будет.
Но я однажды поджёг себя,
Сгорел на огромной площади.
И всё оказалось сложнее,
И это было напрасно.
Мы жили тысячелетьями
Под небосводом рабства,
Гордились своими цепями,
Жестокие строили царства.
Нас превратили в «добрых»,
И в тех, кто «на зло свободен»,
И мы закоптили El Mundo
Как только нас стало много.
Я разгораюсь, крича,
В бессмертных души сполохах
Вместе с подарочным платьем
Этой притворной эпохи.
