диалог па олбанске
СТРУЁЙ струился мутный стих
страчились строчки на бумагу
пает трудилса за траих -
за музу! лиру! и конягу!
пигаз крылами шилистел
в другом всиленскам измиреньи
не зная што пает хател
слепить свае стихатваренье
а муза с лирай взяф атгул
лежала в томнам расслабленьи
и патаму стешок блеснул
лишь заурядным искаженьем
и эфемерный педистал
ШУРША манжетай и манишкай
ушол в невидимый астрал
да так што больше и не вышел
летит пает вакрук зимли
плюясь касмичизкаю пылью
где лиц талпа што не смагли
пополнив эту искадрилью
иво замученный стешок
каторый мок бы стать звинящим
малчит как глиняный гаршок
и как мабильник бес вхадящих
кто ат природы одарен
таму и болдинская осень
и муза с литрой и канём
другим же - толька рифма ПРОСЕДЬ
и абращаясь к не бесам
шурша фантазией а вечном
заткни струящийся фантан
и будеш аффтар челавечный
и даже будучи немым
но избегая самозванзтва
утешса доводом прастым
что ты не мусариш в прастранзтво
_______________________________
паду ли я стрелой пронзённый,
или подамся в управдомы?
или в итоге – чернозёмом,
усею здешние поля?
паймут ли юные патомки,
што сабираю я катомки
сваих тетрадок для растопки
их очагов и пользы для?
и среди вечных графоманов
останусь мелким тараканом
и местных гениеф талантом
не переплюну ни хуя,
а патамушта - адыкватен
и не для всех я друк-преятель.
мой стих наивен и панятен
как лопухи и канопля.
среди идейных санитаров,
горящих злобным перегаром
своих пародий для пиара,
пускай прадержитца мысля -
што люди ТАК стихами мЫшат
и не крутите сваё дышло,
и не считайте сибя выше,
и паумнее чем змея.
и сколько копья не ламайте -
стихи лабают, и лабайте
сваю паезию на сайте
покуда вертитца земля,
а кто здесь хуже или лучьше -
пра ета знает толька Пушкен
и он смеёцца добродушно -
как мы тут делим кренделя.
