Под рвотной массой
облаков-клошаров
трещит мой череп -
старый радиоприёмник.
Зажав в руках подушечки печёнок -
я алкоГолем -
слеплен
из абсинт-кошмаров.
Потикивают часовые спазмы-мысли.
Утро
экранизирует раствор этилового спирта.
Образами
Город наг и сир так,
что не выдавить из головы
ни рифмы.
Флейты труб
пускают дымные дорожки звука,
смычок трамвая
дребезжит на струнах рельс.
Под аккомпанимент
какофонических чресел
Улицы -
веду декламацию
похмельного утра.
Мой рот -
Рупор-порт
в параллельные миры витрин.
Где смешались запахи -
полынь и кофеин
с тишиной и пылью.
И наоборот.
А между тем
в потоке
абстинентного синдрома фраз
переливаются тугие сгустки масс
с эскалатора
на эскалатор.
Заводной вибратор
голоса
проникает в головы прохожих,
накрывает толпы
органзой оргазма.
Зацветает
традесканция декаданса
в цилиндрической оранжерее
черепов -
под музыкальной кожей...
Только -
снова вечер,
трезвость, хрипота.
Я пришпилен
к барному воротничку.
Пью,
не разбавляя
крепкую тоску
из огранённого губами
хрусталя.
Иллюстрация:
Пабло Пикассо "Любительница абсента"
