* * *
И вновь я по сети
в том уголке пространства,
где нет ни осетин,
ни прочих иностранцев.
Взирая на экран,
как мумия, худею.
Ни греков, ни славян,
ни даже иудеев.
В астральные края
летит пунктиров стая.
Любимая моя,
воздушная, пустая.
Весь день на сквозняке
и неизвестно ночью.
Ты – облако в руке,
иконка на рабочем
столе. Как листопад –
копирую портрет.
Безродный интернат,
проклятый Интернет.
И судя по всему,
по табуле и расе,
я сам себе Му-му
и сам себе Герасим.
Я сам себе Зидан
и Марко Матерраци,
посаженный в зиндан
с охраной препираться…
Письмо, как полынья.
И заедает точка.
Любимая моя,
облатка, оболочка…
