Я стал бы просто пламенем сухим,
энцефалитным зараженным ветром,
свечением палермских катакомб
под дугами надбровными нарядных
семейных пар и восковых детей;
я выжег бы на мумиях «ХВ»
и превратил бы эти кости в пепел –
пусть трещины в сицилианской магме
на Страшный Суд их отдадут потом.
Я стал бы в ноль по Кельвину – огнем
и принял бы участие в конкуре
на бледном адамантовом коне
и грешников со всеми их скорбями
сгонял бы в ров глубокий, под откос...
Когда б не знал, что первым в общей яме
закрыв меня собой, стоит Христос.
