В дней рутине хлопотливо-бешеной, среди быта, пафоса и слёз. Жизнь на тонком волосе подвешена, тронь, и понесётся под откос.
Лишь под вечер поглотивший хлопоты, пав лицом в продавленный диван, понимаешь, что две трети пропиты, а вдали безмерность и туман.
Там не будет ни весны, ни слякоти, ни любви, ни злобы, ни добра. В той густой реке вселенской мякоти, game is ended – кончена игра.
Голым полем с мокрыми зародами, у реки в некошеных лугах, не пасти уж девок хороводами, песен их не слушать в васильках.
Не жевать травинку лёжа в озими, взглядом, провожая облака, не дышать прощальным небом осени, не испить парного молока.
Да, закон суров, что должно, сбудется, не уйти от чёртовой дыры. Той, где усмехнёмся, и забудемся, в лоно, возвращаясь… до поры.
