Так тошно, что волки бы выли.
Ночь выстлана чёрным сукном.
Но танцем объята Севилья,
а может быть, танцем и сном.
Вороны, поджавшие крылья,
к подветренной льнут стороне.
Мороз не погубит Севилью:
Севилья танцует во сне.
Не сломан зелёный скворечник
сошествием снежных лавин.
Врезается в Замоскворечье
льдом скованный Гвадалквивир.
Тоска здесь степная, ковылья,
когда подступает февраль.
Но раз уж родился в Севилье,
танцуй или спи – выбирай!
На первое – лучшие шансы:
и взрослые, и детвора
сегодня в районе Мещанском
решили плясать до утра –
им некуда просто деваться,
у них отключили тепло.
Они согреваются в вальсах
ремонтной бригаде назло.
Ах, это, конечно же, шутки.
Все спят, равномерно дыша.
Все в спячке которые сутки…
Но танцем объята душа.
На улице двое ловили
машину, шептали: «Быстрей!»…
Ну чем не танцоры Севильи,
неспящей Севильи моей?
Рассвет приближается, в раме
оконной стекло голубя.
А я всё танцую стихами
тебе, о тебе, для тебя.
24 января 2010
