Она ушла от него под утро.
В шесть позвонил шофер.
Потом хлопнула дверь. Весь пропах духами и пудрой
номер в «Excelsior».
«Сука, – думал он, – сука, ну сбежала к мужу и ладно,
но зачем же в такую рань?
Жаль никто другой так не делал пинаколаду,
как эта дрянь».
Ровно в девять он вышел из туалетной
комнаты, свежий, как ландыш, и сев на барочный стул,
нацарапал в блокноте: «Я покидаю Манхэттен».
И зачеркнул.
«Ради Бога вернись!» – приписал он, совсем без веры
глядя в окно на клены. Вырвал и смял листок.
Он прождал ее до десяти. Потом поднес к груди револьвер и
спустил курок.
