Надо мною пчелиный пролёт.
Метроном,
осаждающий хаос,
ну, допустим, июля
тысяча девятьсот… ну - не суть!
Солнце, зелень, вялотекущий арт-хаус.
Все равно
донесу ли
усталую голову –
не донесу
под полуденным оловом.
Жарко и солоно.
В кадре давно
ничего не менялось.
Вот и мать, и отец-то
уходят в подсолнухи.
Я сижу – кучерявый, худой книгочей.
От эдипова детства
осталось
эдипово детство,
тем и сыто,
что быто,
что вито
из трав и лучей…
Обрыв пленки.
Видишь,
покуда я роюсь в житейском навозе,
на кол замёрзшем,
на меня проливалась однажды твоя благодать.
Дабы не было горше,
проноси ее возле
иногда.
Иногда…
